Серьги-лунницы

Серебро, позолота, чернение

Вес ~9,0 гр (пара)

Размер: 29,1х42,5 мм

Модель 2011 г.

Серьги выполнены в визан­тий­ской тра­диции VII в. и пред­­­­став­­ляют собой за­креп­лен­­ные на коль­­­це лун­ницы с ажур­­­ным вьющимся орна­­мен­том, допол­нен­­ные по­движны­ми круг­­лыми ме­дальо­­на­ми с об­ра­зом креста.

Традиция использо­вания лун­ниц раз­лич­­ной формы в юве­­лир­ных украше­ниях из­вест­на с бронзово­го века и широко бытовала у разных на­родов Евро­пы и Азии в период антич­но­сти. В славянском костюме лун­ницы использовались в каче­стве подвесок к ожерельям, головным убо­рам, ряснам и серьгам.

Из самого названия видно, что лунницы представляли образ луны и включали в се­бя весь богатый сим­волизм ночного светила. Т.к. луна у большинства народов яв­ля­лась жен­ским символом, то и лунницы преимущественно использовались в женском ювелирном уборе. Не­редко лунница могла со­четаться с крестом как солярным симво­лом, либо в одной подвеске, либо в составе ожерелья, тем самым объединяя символику двух небесных светил. Кроме того такая композиция могла обо­значать единство мужского (сол­­нце) и женского (луна) на­чал и выражать идею брака.

С утверждением хри­стианства такое сочетание символов напол­нилось новы­ми смыслами. Полу­месяц как древний символ небесной стра­­ны, Царства Не­бес­ного, в соче­та­нии с крестом стал означать гряду­щее Цар­ство Божие. Другое толко­ва­­ние было связано со словами Откро­вения Иоанна Богослова: «И явилось на небе великое знамение: жена, облеченная в солнце; под ногами ее луна» (Откр. 12.1). Здесь крест яв­лялся символом Христа – «Солнца Прав­ды», рожден­ного Марией, символизируе­мой полумесяцем. В то же время такое сочетание воспринималось и как образ Церкви, глава которой Христос. Убывающий месяц в подножии крес­та мог означать, как и в древних веро­ваниях, умирание божества, трех­­дневное пребывание Христа во гробе (новолуние), а крест показы­вал последую­щее Воскресение, особен­но когда форма креста несла сим­волику света и жизни. Кроме того, сочетание полумесяца с крестом на­поминало известное изображение кораб­ля, а по словам святого Мак­сима епископа Туринского (V в.), «корабль Улисса есть образ Церкви, а мачта с поперечником означает крест. С помощью сего креста верующие могут безопасно из­бегнуть круше­ния от страстей человеческих и, за­­градив уши свои Священным Писанием, не услышать обаятельного голоса мирских сирен».

Особенно ярко перечисленная сим­волика была выражена в крестах с полумесяцем в основании на купо­лах русских храмов.

К VII в. в Византии сложилась группа ажурных серег-лунниц с устойчивой хри­стиан­ской семантикой. В центре лунницы, как правило, помещались образы креста, часто в круге, или его прообраз – древо жизни. Центральный образ фланкировал­ся изображениями райских птиц. Иногда основой композиции была одна птица – как символ воспарившей души, или вьющий­ся орнамент, пред­ставляю­щий лозу как символ Христа. Лун­ница могла обрамляться шарика­ми зерни, которые в контексте не­бесного символизма представляли звезды, являющиеся в христианстве символами ан­гелов.

В XI в. встречаются серьги-лун­ни­цы, кото­рые уже предельно от­кровенно передают литургическую идею преображения Церк­ви в Цар­ство Божие. Так, в центре лун­­ницы, в круглом медальоне, на­хо­дит­ся образ Богородицы как сим­вол Церкви, а на медальон во­дружен четырехконечный крест с традиционными греческими над­пися­ми Φωϲ и Ζωη (Свет и Жизнь). Такого рода кресты широко ис­пользовались в Церкви то­го периода.

Сегодня при анализе этих древ­них укра­шений нас поражает литургич­ность со­знания древних христиан и их великое дерз­новение через эти священные символы преобразить себя и окружающий мир. Ко­неч­но, важным аспектом использования свя­щенных символов в серьгах была и защи­та – ограждение ушей от «обаятельного голоса мирских сирен».

Создавая наши серьги, мы стреми­лись наполнить их той же древней символикой, и надеемся, что они будут правильно вос­приняты и по­могут преодолеть разделение между Церковью и миром. И если Церковь не будет влиять на мир, то мирской дух проникнет в Церковь.

Но все же стоит помнить, что ноше­ние сакральных украшений долж­но иметь не театральный характер, а быть нашим маленьким священнодействием в миру, со­вер­шаемым с верою и любовью.